“12 раундов”

Забыл в выходные выложить новый текст с курсов Creative Writing. Этот написан для задания, целью которого был рассказ о двух людях с проблемами в коммуникации. Текст я счел неудачным и никуда не отправил (отправил другой – выложу в следующий раз). Но мне нравится главный персонаж и не хочется, чтобы он исчез в бездне байтов, единиц и нулей.

Свой двенадцатый бой в профессиональном статусе Малыш Марк выиграл, отправив в нокаут стотридцатикилограммового соперника, смахивавшего на Крайслер-билдинг. Глава северо-западной боксерской ассоциации тут же вручил ему чемпионский пояс – вылитый флаг Нидерландов с поддельными рубинами по краю. Малыш Марк с трудом видел левым глазом, но был счастлив.
На следующий день опухоль спала, и Малыш Марк пришел в офис к своему агенту – тучному и немолодому джентльмену по фамилии Гольштейн. Гольштейн попыхивал сигарой и был добродушен, как страдающий болезнью Альцгеймера дедушка. Справа от него сидела женщина лет двадцати пяти, светленькая, в деловом костюме, на носу аккуратные очки, и вся такая аккуратная, как породистая кошка на выставке.
– Познакомься, чемпион, это Лидия.
Лидия оторвалась от смартфона, в котором она что-то быстро писала и кивнула Марку. Марк скованно, как школьник перед классом, кивнул в ответ.
– Лидия будет работать с тобой, Малыш. Она будет заниматься твоим маркетингом.
Малыш Марк присел на стул. Его мировосприятие заработало с удвоенной силой.
– Чем заниматься?
– Маркетингом.
– Каким еще маркетингом? Это как-то связано с марками?
– С рынком, Малыш, это связано с рынком.
Гольштейн в двух словах объяснил Малышу Марку, что он теперь новоявленный чемпион по версии одной из боксерских организаций, и теперь он может зарабатывать деньги не только волтузя и калеча других людей, но и более мирными способами – просто демонстрируя свое помятое, интеллигентное лицо.
– На фиг мне это нужно? – спросил Марк.
Гольштейн объяснил, уже завтра ему предстоит сняться в рекламной фотосессии.
– Гонорар – десять тысяч баксов, – добавил он.
Нервный рецепторы Малыша резко сократились. Он больше не возражал против маркетинга. Гольштейн, сославшись на встречу ушел, Малыш и Лидия остались одни.
– Ну? – спросил Малыш, откупоривая пиво о край стола, – как дела, крошка?
Лидия опять оторвалась от смартфона.
– Сегодня у нас биг дей. Нужно поднимать пиар. Через час фотоивент.
Малыш глотнул пива.
– Чё? – переспросил он.
– Фотоивент. Дети в больнице. Нужно сделать им скретч. Понимаешь? Это бейзик.
– Ты по-русски разговариваешь? – спросил Малыш.
– У меня важный мейл, – сказала девушка. – А разве тебе можно пить пиво?
– Я чемпион северо-западной боксерской ассоциации, детка. Мне все можно.
Девушка посмотрела на него оценивающе.
– Северо-запад, говоришь?
Малыш выглядел самодовольно, как всегда.
– Да. Я самый сильный парень региона. Вот этот бицепс отправил в нокаут не меньше дюжины.
«Не меньше дюжины» – подумала девушка, – «он вообще-то дальше считать умеет?»
– Чемпион региона… И какой ты получил гонорар, чемпион? Какая у тебя маржа? Пятнадцать тысяч? Двадцать? Смешно! Делай тебе то, что я скажу, и ты будешь зарабатывать в десять, в двадцать раз больше! Ты станешь селебрити! Шоу, все дела, политика! Андерстенд?
Малыш допил пиво.
– А кто тебя нанял? Я тебя не нанимал.
– Твой эйджент. Умный малый.
– Гольштейн? Вот говнюк!
– Да и контракт составлен таким образом, что ты не можешь сделать реаут.
– Что сделать?
– Разорвать контракт. Если хочешь добиться претендентского боя на титул, придется работать со мной. Это такой тимбилдинг.
– Подожди-ка.
Он отошел к окну и поговорил по телефону с Гольштейном. Агент подтвердил показания девушки.
– Но ведь она стерва! – сказал Малыш, не обращая внимания на то, что стерва стоит в двух шагах от него.
– Именно! Именно стерва! – радостно подтвердил телефонный Гольштейн.
– И что мне с ней делать?
– Все, что она прикажет! Скажет больше не подтираться – не подтирайся. Скажет, лизать кафель в туалете – лижи кафель!
Малыш недовольно повесил трубку.
– А ю рэди? – спросила девушка.
– Сейчас, выкурю сигару.
– Ты куришь?
– Не сигареты. Сигары.
– А в чем разница? Как ты можешь боксировать и курить?
– Ну я же снимаю перчатки, когда закуриваю…
– Ты должен бросить!
– Слушай! Это не твое дело! Я чемпион региона! Видишь этот кулак? Он отправил в нокаут…
– …Не меньше дюжины. Йес, ай ноу ит. Если ты хочешь отправить тринадцатого, слушай меня, плиз.
– Ну и сучка, – сказал Малыш, впрочем, ее манера общения ему даже понравилась.
Его ждала скучная фотосессия с детьми. «Мы сделаем тебе френдли-имидж», понимаешь?» – говорила девушка. После фотосессии он должен был прочитать им сказку. Он взял в руки «Дюймовочку».
– Жила-была, – начал он. В последний раз он читал лет семь или восемь назад. Да и то – ежедневную газету. Поэтому он часто сбивался и путался. Дети начали скучать.
– Читай выразительнее, – шепнула ему на ухо Лидия.
– Однажды… собрались…
Он еще немного попробовал почитать, но лучше не стало. У Лидии зазвонил телефон, она вышла. Заметив это, чемпион захлопнул книгу.
– Ладно, – сказал он, – давайте я своими словами. А? Значит так, короче. Была какая-то тетка. Ей яга, значит, подарила, типа, зерно. Она это зерно закопала. И, короче, на утро хлобысь – в горшке какая-то чикса мелкая. Достала ее: О, говорит, Дюймовочка в натуре! Но потом эту Дюймовочку стырила жабень. Короче, на пруд отнесла, прикиньте? И там на пруду эта чикса жила. Потом как-то она оттуда дала деру…
В комнату вернулась Лидия и обомлела.
– Дети! Дети! Урок окончен!
Потом он давал интервью спортивному изданию. Лидия сидела рядом и иногда ему подсказывала.
– Ваша любимая книга? – спрашивал журналист.
– Да я в натуре книг не люблю, – говорил Малыш.
– Сейчас он берется за Солженицына, – поправляла Лидия.
– Солженицына? Почему?
– Потому что не хочу жениться…
Весь день прошел в таких скитаниях.
Под вечер, заметно поистрепавшиеся, они расстались.
– Завтра у нас коворкинг с ребятами с ТВ, – она подала ему папку. – Вот здесь сценарий сейшена. Маст рид.
Малыш Марк смотрел на нее. Он находил ее симпатичной. И тут же в его голове все стало на свои места. Эта холодность, загадочность, непонятный язык. Ну конечно! Она просто еще одна из тех, кто не смог устоять перед обаянием Малыша Марка.
– Иди-ка ко мне, детка, – сказал Малыш, сально улыбаясь.
– Что? Ты крейзи?
– Соскучилась по настоящим мужикам, не так ли?
Он попытался ее обнять, но она влепила ему пощечину.
– Соберись, чемпион! Или свой следующий бой проведешь в зале, где готовят инвалидов! Андерстенд?
Она резко развернулась на каблуках и зацокала в ночь. Малыш потирал ушибленную щеку. Но она так плавно двигалась в этом холодном тумане, что Малыш понял, в этом бою не один, а как минимум двенадцать раундов.

Автор

Антон Ратников

Журналист, писатель и немного человек.