5 февраля 2012. Пунктир

Просыпался долго, как всегда по воскресеньям. Восемь часов, пол-девятого, девять двадцать, девять сорок восемь… В конце концов я оторвал задницу от теплой постельки в начале одиннадцатого. Ника к тому времени успела стрескать два банана, пол-яблока и посмотреть шесть-семь мульфильмов, самый содержательный из которых назывался «Булькины подсказки».

На стрелке Васильевского острова не заметил запрещающего знака, заехал под «кирпич». Сотрудники ГИБДД оказались неподалеку. Не спеша подъехали ко мне. Я как их увидел, у меня все опустилось. Сразу стало ясно, что я где-то облажался. Не просто ведь так они.
Инспектора попались молодые, не хамили и обошлись без нелепой назидательности. И так понятно, что я сел в лужу. Ну или упал в сугроб, если делать поправку на погоду. Один выписывал протокол, другой чертил схему нарушения ДТП. На мой взгляд, я бы нарисовал лучше.
– На сколько там лишение прав? – спросил я.
– Вообще на полгода. Но может, и не решат, – сказал лейтенант.
– Но скорее всего решат?
– Бог знает. Как начальник скажет.
То есть, все зависит от настроения начальника отдела ГИБДД в один конкретный день. Если ему какой-нибудь мудозвон наступит на ногу или в столовой положат недосоленный шницель – ездить мне три месяца на общественном транспорте. Мы, кстати, к этому уже готовы. Обсудили, как будем отвозить в садик детей, ездить в супермаркет за покупками. Даже прикинули, сколько сэкономим на бензине. Извлекли, одним словом, позитив.

Кунсткамера оставила противоречивые чувства. Достаточно сказать, что вход в первый отечественный музей теперь со двора. А двор кунсткамеры представляет собой довольно жалкое зрелище. Да и собственно вход… Теперь в Кунсткамеру туристы попадают через подвал.
Вход стоит 200 рублей. Это на сто рублей дороже, чем билет в Эрмитаж. Зато нет дискриминации иностранных посетителей.
А вообще ценность Кунсткамеры как музея оставляет некоторые вопросы. Уроды в банках и чучела индейцев… На человека начала восемнадцатого века это, может, и производило впечатления. А сейчас нечто подобное по «Первому каналу» показывают.

Вернулись домой часам к семи. Алена с Витей делали английский. Я смотрел Челси и Манчестер Юнайтед одним глазом, а другим – Губку Боба по требованию Ники. Губка Боб мне понравился больше.

У матери в солянке мяса больше, чем во всем Бенине.

– Как ты думаешь, в Кунсткамере есть туалет?
– Нет. Там же уроды.

6 октября. Пунктир

Сегодня Ника выбрала почитать Шопенгауэра. Девочка, безусловно, растет.

Днем мне нужно было уложить ее спать – Алена ушла к врачу. Ника спать отказалась. Не хочу, говорит, спать. А что мне оставалось? Я поддался на ее уловки. В итоге она полтора часа валялась в постели и рассказывала мне разные истории. Как я понял, большинство из них сводились к приключениям Губки Боба. Но я не уверен.

Витя позвонил вечером на работу и стал рассказывать, как ловко он играет в Angry Birds. Я выслушал. Вечером после ужина я сел читать Уайльда, и Алена стала мне рассказывать, как ловко в Angry Birds играет она. Ника в Angry Birds не играет. Ей нравится кот, который любит, когда ему чешут пузо. В общем, даже странно, что считается будто планшетник я купил для себя.

Сергей сегодня наконец раскрыл свое настоящее лицо.

Кажется, я случайно выкинул зарядку от старой «мыльницы» Fujifilm. То есть мы довольно нелепо лишились маленького карманного фотоаппарата, который всегда под рукой. Лучше бы я по ошибке выкинул телевизор.

Сегодня начинается сезон к НХЛ, и это просто прекрасно. Одно плохо – ни один русскоязычный канал так и не договорился о правах на трансляции. Как после этого можно ругать торренты? Не пойму.