Пунктир. 18 августа 2022

Сидели в скверике на Смоленке. Видели бомжей, алкашей и бомжей-алкашей.

Одинокие люди предпочитают мастурбацию в самолете.

— Смотрю сериал «Пацаны» про американских супергероев, которые ведут себя как коррумпированные силовики со сверхспособностями.
— Типа, как ФСБ?

Сцены из жизни реальных людей. Vol. 8

В нашей девятиэтажке живет художник.

Тут же, в одной из пристроек, аккурат между аптекой и суши-баром, находится его мастерская.

Художник не очень молод, но и не очень стар. Трехдневная седая щетина, волосы средней длинны, очки Ray-Ban.

По утрам он выводит из дома женщин и галантно сопровождает до своей машины (бампер всмятку), чтобы довести их до метро.

Женщины немолоды, но выглядят элегантно, свежо и загадочно.

Художник возвращается обратно через десять минут, улыбаясь. Метро не очень далеко от нас.

Мне нравится его расслабленная походка. Так ходят джзамены в Новом Орлеане и безработные в Нью-Йорке.

Вернувшись от метро, он открывает витрины своей мастерской.

Выставленные там картины, конечно, дерьмо.

Пунктир. 16 августа 2022

Насколько это нормально, что моя дочь похожа на Эда Ширана?

Выкинул бутылки. Не хотел бы, чтобы содержимое этого мешка видел мой психоаналитик. И работодатель.

Со стороны пирса к Летнему саду идет семья с чемоданами. Кажется, они приплыли по воде из далеких стран и будут жить прямо в саду.

Долго искал зарядку для часов. Нашел. Но потерял часы.

Пунктир. 14 августа 2022

У метро глупая птица в полете ударилась о пластмассовый ларек. Отряхнулась и дальше полетела. Хорошо, что материться не стала.

Траволаторы на «Спортивной» — воплощение кошмара из моего детства. Мне сон снился о них. Было страшно. А теперь хожу и не боюсь. Доволен.

Лучше всего я выгляжу тогда, когда не улыбаюсь.

Обожаю жанр «Фанатская фотография с выезда». Стоит 80 человек, у всех замазаны лица? Можно было просто себя нарисовать в образах супергероев.

Побывал на даче. Встал на сапборд. Упал с сапборда. Так и искупался заодно.

Я как не умел ничего делать, так и не умею. Но теперь я не умею это чуть лучше.

Пунктир. 11 августа 2022

Хотел бы я хотя бы малую часть самоуверенности уборщицы из моего офиса… Она шлёпает мокрой тряпкой об пол так, будто это ее собственный ручной осьминог.

В столовых бизнес-центров любят включать видео с Гордоном Рамзи, чтобы подчеркнуть свое ничтожество.

Выяснил, что то, чем я сейчас занимаюсь, называется «жруналистика».

В очереди в магазине встал за бабушкой-джокером. Она мало того, что выглядела как Хоакин Феникс в гриме, так ещё и спросила у кассиршы, почему она не улыбается?

Пунктир. 10 августа 2022

Еду на работу. Похмелье почти не чувствуется. Солнце. Пробки. Жизнь.

На Васильевском острове чувствую себя туристом.

Теперь узнаю всякие безумные словосочетания, вроде «томатная вода».

Похоже, что яйца «к завтраку» означают на самом деле «яйца с говнецом». Такое вот стойкое убеждение у меня сформировалось после посещения магазина.

Пунктир. 9 августа 2022

Чувствую себя человеком среднего возраста. Всю жизнь я как будто поднимался в гору. А теперь медленно пиздую вниз.

Мужик у метро продает огурцы (ведро), цветы, чеснок.

В метро по радио рекламируют соревнование пахарей.

Дворник в куртке с надписью Gucci на спине. Наверное просто фанат фильма.

— Добрый день, — поздоровался я с охранником
— Добрый день, — ответил мне охранник густым баритоном и тихо запел.

На работе: «Буквы в логотипе похожи на червячки. Расчервясковываем».

Блогер Фудоргий стал очень популярным.

Ты когда к нам приедешь?
Сейчас, дойду до спортивной.
Ты имеешь в виду тачки?

Пунктир. 8 августа 2022

Девушка идёт по набережной, машет рукой проезжающим машинам. Улыбается. Раздражает невыспавшихся автомобилистов.

Работаю в ресторанной сфере, поэтому в выходные стараюсь не думать о ресторанах.

Мне очень нравится Армандо Бройя. Не как футболист или мужчина. Как звукосочетание.

Поблагодарил сегодня банковского работника за то, что он меня разблокировал. Они решили, что я мошенник, который хочет снять деньги со своего счета. А я просто беден.

Раньше было противостояние Месси и Роналду. А теперь – Нуньеса и Холланда. Ну или Романа Денисова с Лисаковичем, если ты из Татарстана.

 

Пунктир. 7 августа 2022

Гуляли по парку, где когда-то академик Павлов проводил свои эксперименты над собаками. Академика Павлова уже нет. Даже дача его сгорела. А собаки все еще гавкают. Еще там есть дача академика Оребил. Разваливаются. Посторонние проникают на дачу через рассыпавшуюся веранду. Но в доме ничего нет – и они выходят в обратном направлении.

Побывал в магазине «Петрович». Внутри все очень хорошо обустроено. На самом деле, «Петрович» выглядит как какой-нибудь европейский «Леруа Мерлен», а «Леруа» как зачуханный «Петрович». Это был магазин, где я таскал 25-килограммовые мешки клея для керамогранита туда-сюда по нескольку раз, пытаясь вернуть товар продавцу. Еще у меня грохнулась тележка со всеми этими мешками. Хорошо что не на ногу. Я страдал.

Считается, что я смотрю слишком много футбола. Но это неправда. Если собрать все матчи, которые я смотрел сегодня, получится чистого времени минут девяносто.

Наши скучные жизни

Въехали в Вологду триумфально. Со стороны Ленинградского шоссе, что совершенно нормально для ленинградцев, но возмутительно для москвичей.

Нас (я, жена и дочь) встретил ряд пятитажек, частично заделанных сайдингом. Потом пятиэтажки расступились, демонстрируя дремотно-вафельный центр. Дома там, и правда, попадались деревянные, а палисады на них действительно резные. Народная молва не лгала.

Мы жили за рекой. То есть в новостройках. Проспект носил гордое имя Карла Маркса и на городском плане шел от одного изгибы Вологды до другого. По факту он несколько раз прерывался зелено-частной полосой и напоминал пунктир, которым школьник подчеркнул дополнение.

Дом был новый, относительно крепкий. В остеклении какой-то квартиры на первом этаже зияла дыра, оставленная, наверное, камнем. Дыра никого не волновала.

В квартире оказался балкон. С балкона открывался замечательный вид на футбольное поле, должно быть какого-то института.

— И здесь футбол, — вздохнула Ксюша и задернула шторы.

Днем ходили по городу. Погода грозила дождем. Нашел в центре места, напоминающие Ярославль, Москву, Новгород и неожиданно Вильнюс.

Кофе был не очень вкусный и совсем даже не дешевый.

Обедали в заведении, где еду гостям привозил паровоз Аркадий. Гости радовались и фотографировались. Еда была вкусная и совсем даже не дешевая.

Заглянули в Кремль, которая на проверку оказался не кремлем, а архиерейским двором. Впрочем, какая разница? Так решили и в мэрии Вологды.

Думали подняться на колокольню собора, но не долго так думали, вскоре перестали. Походили внизу. Там нашлись декорации исторического театрального фестиваля. И еще на задворках этого лжекремля на нас едва не напала чайка, охранявшая своего птенца. Птенец выглядел неважно, и его действительно стоило охранять.

В Кремлевском саду попали-таки под дождь и спаслись только под навесом тира. В тире пацанята ловко стреляла в лебедей и крыс.

Возникла идея посетить мемориальный музей Шаламова. И мемориальный музей Рубцова. Но с ребенком это было почти невозможно. Вряд ли 9-месячный ребенок будет счастлив от декламирования «Звезды полей».

Пошли в итоге ужинать в какой-то ужасный ресторан, где на первом этаже дизайнерами была совершена отважная, но провальная попытка передать английскую эстетику, а на втором в караоке орали «Я сяду в машину, поеду по серпантину».

Еда была относительно вкусной, но совсем, совсем, совсем не дешевой.

Вечером очень хотел попробовать местное пиво. Искал везде местное пиво. Но найти его оказалось затруднительным. Единственное местное, чего тут в изобилии – молоко и масло. Все остальное продается будто бы из-под полы.

Зашел в разливуху.

— Есть местное пиво?

— Только сокольское.

— Ну это ведь недалеко.

— Километров сорок.

— Пойдет.

Соколькое пиво оказалось сладковатым, похожим на охмеленный квас, но в целом употребилось быстро и без лишних понтов.

Утром проснулись, протерли глаза, стали собираться в обратную дорогу.

Ехали обратно.

— Даже не знаю, — сказала Ксюша, — побывали в Вологде, а как будто не побывали. Раньше приезжаешь в город, и там обязательно что-то случается. А тут – вообще ничего.

Я вздохнул. Она была права. Такие у нас скучные, скучные жизни.