3 января 2015. Пунктир

Проснулся в одиннадцать. По нынешним меркам – большое достижение.

Витя поехал в «Ленту» у Балтийского вокзала, чтобы выменять пробки от «Кока-колы» на стаканчик. Очередь начиналась на парковке. Сорокалетние граждане стояли под мерзким мокрым снегом ради халявного стаканчика. Мимо Вити проходил молодой парень, лет двадцати пяти.
– Стоять, – говорит, – смысла нет, у них меньше пятидесяти штук осталось.
Витя надул губу. Тут парень протянул ему стакан.
– Возьми, у меня все равно их два.
Взаимовыручеткий чувак.

Побывали на выставке роботов в «Ткачах». За пятьсот рублей там можно посмотреть на говорящие пылесосы.

Вечером поехал на кубок Гранаткина в СКК. Веселый такой. На полпути выяснилось, что я забыл кошелек. Пришлось грустно разворачиваться и ехать домой смотреть матч Транмер Роверса.

Сходил в фитнес-клуб. Там пусто, а те, кто есть, выглядят слишком спортивно. Долго я там не продержался.

15 декабря 2012. Пунктир

Информационное агентство «ИТАР-ТАЗ»

Ника говорит: «Вот сейчас я дочь. А потом подрасту и буду сын».

Надевал ли Ахилл бахил?

Был в торговом комплексе. Зашел в общественный туалет. Пахнет человеческим одиночеством.

От мороза голова болит. Неудивительно, что русские такие угрюмые. И вообще, где солнце, вашу мать? Уже два месяца солнца не видел…

Вернули сегодня мать из изгнания на Тимуровскую. Был бы Рембрандтом, набросал бы «Возвращение блудной матери».

Заехали в «Ткачи». Я поупражнялся в аэрографии. Написал слово «Boom». По-польски, это значит «мудак». Ну это если верить классическому переводу «Последнего бойскаута».